Театр

Любовь Кремнёва. Монолог длинною в жизнь

Любовь Кремнёва.
Монолог длиною в жизнь

Любовь Кремнева, заслуженная артистка России, известна нескольким поколениям не только калужских зрителей, но и театралов страны.
Об этой актрисе театральный критик Виталий Вульф писал в газете «Известия» за 5 июня 1997: «С первой минуты ее появления стало очевидно, что на сцене актриса острая, резкая, умная, точно знающая, во имя чего она играет трагедию женщины, цепляющейся за жизнь и сознающей, что время ее истекло. Возникает ощущение, что ты не в Калуге, а где-то на фестивале на Западе смотришь спектакль, созданный первоклассными мастерами». После обсуждения спектакля «Молочный фургон не останавливается больше здесь» по пьесе Теннеси Уильямса, этот историк театра оставил на программке спектакля запись: «Замечательной актрисе, мастеру высшего класса с благодарностью за миссис Гофорт». В монологе актриса поведала о своем творческом пути, предчувствие которого пришло рано.
«Лет с девяти я занималась балетом, затем пришла в драмкружок. В девятом классе сыграла 3ою Космодемьянскую в пьесе Маргариты Алигер «Зоя», героиню-подпольщицу военных лет, повешенную фашистами. Главный режиссер Калининского театра пригласил меня сыграть одну из ролей в пьесе Виктора Розова. С тех пор театр – судьба, место работы и вся жизнь.
После окончания Горьковского театрального училища я работала в Смоленске, Горьком, Москве, Иркутске, Барнауле. В Смоленском театре мне повезло, состоялось творческое знакомство с молодыми тогда режиссерами Алексеем Германом и Леонидом Белявским, выпускниками Ленинградского театрального института. После гастролей Смоленского театра в Москве меня пригласили в Горьковский Академический театр драмы. Я играла на одной сцене с замечательными мастерами Владимиром Самойловым, Вацлавом Дворжецким, Николаем Левкоевым - народными артистами Российской Федерации, под руководством яркой режиссуры. Напряженная работа принесла свои плоды. Когда театр гастролировал в Москве на сцене Малого театра, критика и публика высоко оценили исполнение роли Наташи в спектакле «Сто четыре страницы про любовь» Эдварда Радзинского.

В это время мой муж Владимир Львович Чертков заканчивает ГИТИС, режиссерский факультет у Андрея Гончарова, и нас приглашают в Иркутский Академический театр, где мне посчастливилось сыграть Марию Волконскую в спектакле «Записки княгини Волконской» по одноименной пьесе Михаила Сергеева. На гастролях в Москве спектакль был сыгран на сцене Малого театра и, как писала пресса, «стал откровением гастрольного лета».
В 1988 году Владимира Львовича Черткова, Заслуженного деятеля искусств РФ, назначают главным режиссером Калужского театра, и мы переезжаем в Калугу. На сцене Калужского театра мне удалось сыграть и трагические, и комедийные роли: шекспировских леди Макбет, Гонерилью в «Короле Лире», Гурмыжскую в «Лесе» Александра Островского, Жозефину в «Наполеоне I» Фердинанда Брукнера, Эстер в «Священных чудовищах» Жана Кокто, Эпифанию в «Миллионерше» Бернарда Шоу, Памелу в «Дорогой Памеле» Джона Патрика, Мать в одноименном спектакле по пьесе Карела Чапека… Две последние роли мне особенно дороги.
С удовольствием играла в спектакле «Правда – хорошо, а счастье – лучше» Александра Островского в постановке Александра Плетнева. Жаль, что спектакль быстро исчез из репертуара театра. Спектакли по классическим пьесам в репертуаре театра, на мой взгляд, исполняют роль «потемкинских деревень». Вроде бы в репертуаре есть и классика, но она лежит далеко в «карманах» сцены и вынимается оттуда раз в год или даже раз в два года, а потом исчезает. Года за два до своей кончины, Александр Борисович планировал поставить «Царскую охоту» Леонида Зорина, предлагал мне роль Екатерины II. Но сначала он взялся за «Женитьбу», где я должна была играть Сваху, однако этого не произошло… Когда Александр Борисович уезжал на последнюю операцию, был план совместной постановки с Анатолием Бейраком «Визита старой дамы» Фридриха Дюрренматта, но это тоже не осуществилось… Может быть, это и к лучшему.
Меня тревожит, что сегодня такие понятия как совесть, честь, стыд у многих вызывают усмешку. Как-то Лев Толстой написал: «Как можно приучить людей к гнилой пище, к водке, табаку, опиуму, так можно приучить людей к дурному искусству». Человек должен иметь вкус на хорошее и плохое в искусстве, чтобы были ориентиры. Это воспитывается с детства, и в этом театр должен играть не последнюю роль. Недавно в магазине ко мне подошел мальчик лет восьми-девяти и попросил автограф. Я очень удивилась – оказывается, он вместе с мамой смотрел спектакль «Мать» Карела Чапека! Я написала в его блокнотике: «Маленькому театралу. Спасибо» Это меня растрогало до слез. На улице подошла ко мне женщина, поблагодарила за этот спектакль и сказала: «Моя дочь плакала, постановка доставила нам радость». Умение сопереживать – качество зрителя с неравнодушной, воспитанной душой. Душа трудится – значит, человек живет и готов к восприятию прекрасного».
…Так опытнейшие профессионалы помогают появиться новым всходам, новому поколению любителей театра. Театр - очаг культуры. Спасибо за жар и свет, мастера!

Маргарита РАЗУМИХИНА