Театр

Афинские вечера как каприччио

«Афинские вечера» как каприччио

22 февраля в Калужском драмтеатре состоялась премьера спектакля «Я подам тебе знак» по известной пьесе «Афинские вечера», многократно поставленной на российских подмостках и экранизированной самим автором.

Простая история

Пётр Гладилин — один из самых востребованных современных драматургов, автор более 20 пьес, которые идут более чем в 50 театрах России и зарубежья. В нашей драме его до сих пор не ставили. Однако настал, видимо, черёд и калужскому зрителю познакомиться с творчеством этого 55-летнего драматурга, кинорежиссёра, сценариста, художника-графика и писателя.

Вполне обыденная вроде бы история, произошедшая в одной московской семье, вполне могла случиться и в любой калужской. Правда, с одним условием — в роду должны быть глубокие аристократические корни, редкий и практически исчезающий вид интеллигенции. А так — извечная тема взаимопонимания поколений.

Игра в четыре руки

18-летняя студентка консерватории, подающая большие надежды пианистка Наташенька (на премьерном показе эту роль исполняла очаровательная Евгения Сергеева, а в очередь с ней играет неизвестная пока калужанам дебютантка Наталья Романова) во время исполнения в четыре руки фа-бемольной фантазии Шуберта так увлеклась, что забеременела. Ответственность за это вместе с ней разделяет перспективный композитор Антон (Дмитрий Казанцев, а может быть, Владимир Прудников — два совершенно разнохарактерных и разнофактурных актёра). Отец Наташеньки Борис Олегович (обаятельный любимец публики, заслуженный артист России Сергей Лунин) — музыкальный критик, преподаватель истории музыкального искусства в консерватории, приверженец классических традиций и строгих нравов — настроен категорически против встреч дочери с «так себе композитором», поскольку мечтает сделать из дочери великую пианистку. И ради этой великой цели готов на любые жертвы. Наташа пребывает в терзаниях — как сообщить родителям, что она беременна и собирается замуж?

И тут появляется Она

Бабушка. Аристократка преклонных лет с холодным взглядом, Анна Павловна Ростопчина (несравненная заслуженная артистка России Любовь Кремнёва). Проездом из Петербурга… А куда? От всех скрывает.

Глава семейства пытается (в воспитательных целях) вызвать бабушку на откровения о морали и нравственности, в которых та воспитывалась. Однако она в одночасье переворачивает всё с ног на голову в семье, где царит дух интеллигентности и особого почитания классического искусства. Чтобы защитить внучку, старушка прибегает к шоковой терапии. Бабушка, оказывается, была не такой уж и пуританкой. Она с удовольствием вспоминает (неожиданно даже для собственной дочери!) свою бурную молодость: как поклонялась богу Эросу, любила участвовать в оргиях — так называемых Афинских вечерах, курила опиум, крутила декадентскую любовь втроём, ну и всё остальное, что полагается эстетствующей молодёжи. Каждый из членов семьи по-своему рисует в возбуждённом воображении то, что происходило на таких встречах. А она всё подливает и подливает масла в разгоревшийся огонь семейной драмы. И всё это для того, чтобы разрешить проблемы и дать возможность появиться новому человечку на земле.

До чего органична и хороша Любовь Кремнёва в роли Ростопчиной, чья юность совпала с Серебряным веком, а зрелость закалена сталинским лесоповалом! В ней и аристократизм, и сила духа, и жизненная несгибаемость. Внучке она открывает то, чего не открыла своей дочери. Анна Павловна, познавшая разные стороны жизни, способна понять и принять ошибки, совершаемые молодыми. Поэтому и внучка в ответ признаётся бабушке в том, в чём боится признаться родителям.

А что родители?

Родители в шоке! Они не меньше бабушки хотят своему ребёнку добра. У них своя правда. Как так?! Их дочь, на которую они положили жизнь и видят в ней блестящую пианистку, беременна! К тому же «автор» ребёнка — еврей! Они не могут этого допустить!

Однако старая дворянка с лагерным прошлым, живое доказательство того, что любовь есть, побеждает! И в противовес отцу и матери становится для внучки и её возлюбленного «в доску своим человеком» во всех отношениях. Как поёт Гарик Сукачёв (и действующие лица), «моя бабушка курит трубку!». Мама (Лариса Фанаскова), помыкаемая тираном, и сам домашний тиран отправлены в нокдаун. Их планы на успешную карьеру дочери рушатся.

Что это?

Комедия или драма? В пьесе и в спектакле, соответственно, есть и комические, и драматические моменты, любовь, тайны, откровения, смех и грусть… Собственно, как и в обычной жизни. Сам Пётр Гладилин назвал сие творение просто: пьеса в трёх действиях. Режиссёры-постановщики видят по-своему: в одних театрах — это комедия, где-то — лирическая комедия, в других — трагикомедия и даже трагифарс. Режиссёр Александр Ряписов пошёл дальше остальных. Изменил название пьесы и формы.

Мудрёно

Что же это такое — каприччио с одним антрактом? С одной стороны, каприччио — виртуозное музыкальное академическое произведение с неожиданными эффектами, написанное в свободной форме. Несмотря на то что это жанровое обозначение в ходу по меньшей мере с XVI века, твёрдого его определения не существует. С другой — это жанр пейзажной живописи с изображением архитектурных фантазий, в основном руин вымышленных античных сооружений. Этакие фантастические картины. Франсиско Гойя написал известную серию офортов «Капричос», изображающих жизнь Испании в мрачной гротескной манере. Что же имел в виду режиссёр? И что в итоге получилось? Не знаю, как другие, а лично я увидел добрую, смешную семейную историю с нотками мистики.

Только смех этот грустный

Несмотря на то что и в пьесе, и в спектакле есть ярко выписанные и отлично сыгранные эмоционально насыщенные сцены, где комическое граничит с трагедией, а за гротеском скрывается драма, всё-таки до слёз у публики дело не дошло. Плакать было не от чего. Возможно, причиной тому игра актёров. Сергей Лунин, как всегда, великолепен! Однако, как показалось, играет продолжение своей великолепно сыгранной роли отца в «Доме солнца». Актёр сделал достаточно сильный акцент на комическом, которое выплескивается в зал и пластикой, и репликами, откровенно рассчитанными на смех. Невольно пришло сравнение с «Поминальной молитвой», где актёр демонстрирует глубокую философскую интонацию. Вот там ощущается настоящий трагизм. Тут комичное и слегка печальное идут рука об руку. Зал дружно хохочет не только над реакцией Бориса Олеговича на то, что его теща принимала участие в оргиях (пресловутых Афинских вечерах), но и на многие другие ситуации. Так же легко и весело играют и остальные актёры.

Кажется, всё сложилось по сценарию Анны Павловны. По каким-то непостижимым мистическим путям душа её перешла к новорожденной дочери Натальи. И, как и предсказывала урождённая Ростопчина, она подмигнула-таки молодой маме левым глазом — подала знак! Однако хэппи-энда нет. Поскольку мистика и счастливый конец плохо совмещаются, а в жизни за мгновением радости следуют сотни трудных минут. Как есть — каприччио.

О чём спектакль?

Конечно, о любви. А вообще, неблагодарное это дело — объяснять смысл, заложенный в пьесе. Надо идти и смотреть. Лично мне, благодаря актёрам, интересной сценографии художника-постановщика Максима Железнякова и вопреки странному эклектичному музыкальному оформлению, а также непонятным режиссёрским изюминкам, как, например, хор дворников, спектакль в целом понравился.

К слову, учитывая, что сам автор приехал на премьеру и весьма живо реагировал на происходящее, возможно, калужская публика увидит и другие пьесы этого драматурга.

Эта статья была опубликована в № 9 газеты «Калужский перекресток» от 28.02.2018. Ещё больше интересных материалов в электронном архиве издания.

Александр Фалалеев

http://www.kp40.ru/news/culture/47880/